Листвянка: вызовы новейшего времени

Е. Кравкль.

Исток Ангары — место, приметное даже из космоса. Здесь часто можно видеть густой шлейф тумана, вытягивающийся из горловины реки, от Шаман-камня на многие километры в глубь Байкала. Здесь, как и почти везде в наших широтах, властвуют «запад» и «северо-запад» — ветры, причудливо изгибающие розу ветров, подобно тому, как вытягивают они крону одинокой лиственницы на скалистом, суровом берегу. Сменяют друг друга циклоны и антициклоны, касаясь прибайкальских хребтов, движутся на восток облачные фронты, а навстречу им, на запад, обращены взоры людей. Какой ждать погоды? Так уж устроена российская атмосфера, что погода, в основном, приходит с запада, и, может быть, вместе с воздухом, приходят с той стороны небосклона модные веяния, идеи, другие времена…

Наступление нового века, нового тысячелетия совпало с очередным оживлением на нашем берегу. Всё чаще в посёлке попадались на глаза бодрые транспаранты с надписью «Мы открылись!», что означало появление очередной гостиницы, бара, бани. Отгорели дикими ночными кострами первые частные магазинчики и киоски, и поднялись вместо них уже почти настоящие супермаркеты. Участились праздничные фейерверки из китайской пиротехники, и туда же, до небес, взлетели цены на местную недвижимость — на избы, участки, пустыри и огороды. В самых укромных и тихих доселе распадках зазвенели пилы, застучали топоры и молотки, грянул строительный бум. Листвянка стала престижным местом загородного досуга состоятельных людей. Бурная жизнь вторглась даже в глубину прибрежных вод. Обитатели Байкала смогли, (наконец-то!), увидеть, как люди с аквалангами, затащившие под воду новогоднюю ёлку, повели вокруг неё хороводы, умудряясь при этом ещё и распивать шампанское. Так заявлял о себе дайвинг — модный и дорогой вид спорта. Невольно подумалось: «Чего только не увидишь в Восточной Сибири!»

Кризис 90-х гг. ХХ в. сменился в России относительной стабилизацией и, осторожно выражаясь, даже некоторым подъёмом. В поисках «точек роста» и «перспективных вложений», взоры политиков и деловых людей обратились, как это уже не раз бывало в нашей истории, к Сибири и, в частности, к Прибайкалью. И тут выяснилось, что такая жемчужина, как Байкал, до сих пор не имеет достойной оправы в виде современной туристической инфраструктуры.

Дело в том, что нынешний туризм — это давно уже не чудаковатые интеллигенты, люди с рюкзаками, уходящие подальше от цивилизации, чтобы попеть возле палатки под гитару. Это целая индустрия, новый молох, в жертву которому приносятся лучшие, красивейшие уголки повсюду на нашей планете. Судя по всему, «чаша сия» не минует и Байкал…

«Индустрия туризма» для своего развития требует определённых условий, выработанных мировой практикой создания мест массового отдыха, так называемых «рекреационных зон». Обязательны наличие красивой и чистой природы, желательно, с уникальными естественными объектами, близость аэропорта, вокзала, хорошие дороги, свободные трудовые ресурсы для будущей обслуги и т.д. Красивых мест на Байкале много, да не так-то просто пустить их «в оборот» — почти все они труднодоступны.

И вот, видимо, в результате борьбы мнений и экономических расчётов, на первый план выдвинулась кандидатура Листвянки на строительство большого туристического центра. Различные СМИ опубликовали немало сообщений, где были названы объекты будущей грандиозной стройки. Здесь и горнолыжный курорт, и резиденция президента, многоэтажные отели, аквапарк, порт, подвесной мост через Ангару и ещё много чего, невиданного «в наших Палестинах»…

Такие проекты весьма привлекательны с точки зрения бизнеса, создания новых рабочих мест и достойного образа страны, вот только выдержит ли наша природа работу тяжёлой строительной техники? Мрачные картины вокруг нефтепровода на Сахалине порождают тревожные мысли. Слишком силён стал «царь природы». Достаточно ли умён? Всё ли учтено, всё ли просчитано?..

Заметим, что в странах Запада, на которые часто идёт равнение, в той же Германии, откуда, кстати, едут большинство наших гостей, запрещён порой шаг в сторону с пешеходной тропы в национальном парке, нельзя ни камень сдвинуть, ни травинку сорвать. Согласятся ли потом немецкие туристы жить в новых комфортабельных гостиницах, стоящих посреди загубленной природы? Не рухнут ли прямо на легендарный Шаман-камень обледеневшие конструкции подвесного моста? Будет ли куда слить тёплую воду аквапарка? Станет ли новый президент так уж любить горные лыжи и наши окрестности, чтобы приезжать сюда отдыхать и работать? Кто за это поручится? Кто даст гарантии? Возможно, такие вопросы не укладываются в жанровые особенности краеведческого опуса, но ведь это не праздный интерес. Как бы не случился наяву тот памятный диалог из шукшинского фильма «Калина красная». Там председатель колхоза спрашивает Егора Прокудина, вора-¬рецидивиста, которого играет сам Шукшин, откуда тот родом.

— Да здешний я, — отвечает Егор, — из деревни Листвянка.

— Я свой район знаю, — говорит председатель, — нет здесь никакой Листвянки, да где ж она была? Может, сгорела?

— Не знаю, — отвечает персонаж Василия Макаровича, — может и сгорела. Жаль. Хорошая деревня была…

Очень хочется надеяться, что события, начавшиеся в Листвянке в начале ХХI в. от Рождества Христова, будут развиваться не по самому плохому сценарию. И для надежды такой есть весомые основания.

Доступность, выделившая Листвянку из всех красивейших мест Байкала, может её не только погубить, но и уберечь. Исток Ангары давно находится под пристальным вниманием российской и мировой общественности. Сюда всё чаще едут учёные, журналисты, съёмочные группы, экологи и просто любители природы. Бывают здесь большие поэты и писатели, знаменитые артисты. Добавим, что в России неуклонно развивается гражданское общество и правовое самосознание людей. К их мнению не могут не прислушиваться власти любых уровней.

Происходящее в Листвянке касается всех иркутян, ведь она — визитка Иркутска и, к тому же, можно сказать — питьевой кран города и области…

Ветром с запада, ветром перемен веет над старинным поселением Лиственичное, превращая постоялые дворы в отели, а избы и пятистенки в коттеджи и шале. Для моих односельчан это ветер новых тревог и надежд. Листвянчане — часть человечества, которое всегда задавалось вопросом: где наш «Золотой век»? В грядущих ли неведомых временах, или он давно уже миновал, оставив по себе смутную, щемящую тоску?

Бог весть…

Фрагмент из путеводителя «Листвянка — ворота Байкала» (2007)