Глобальное изменение климата: Что происходит? Почему? Что делать?

В. Заря.

Как учёные разбирались в проблеме

Одна из причин, почему так нелегко принимается обществом идея об изменении климата, — это та скорость, с какой она вышла на первый план общественного внимания. C тех пор как из научной гипотезы она превратилась в теорию, прошло всего около 20 лет. Всё происходило на глазах у ныне живущего поколения: только что, казалось, в газетах промелькнули первые сообщения о том, что климат на Земле меняется, и вдруг мы уже стоим лицом к лицу перед необходимостью предпринимать по этому поводу действия.

Хорошо известно, что колебания климата на Земле происходят периодически и могут достигать значительных величин. Такие долговременные колебания, как ледниковые периоды, объясняются медленными колебаниями орбиты Земли, они занимают десятки и сотни тысяч лет. Более мелкие климатические изменения могут быть вызваны деятельностью вулканов и изменениями солнечной активности, эти факторы действуют в масштабе десятилетий (ими, например, объясняется некоторое потепление, имевшее место в первой половине XX века).

Однако нарастающее потепление, отмечаемое повсюду к концу XX века, было слишком быстрым, чтобы объясняться смещением орбиты, и слишком значительным для действия других естественных факторов. Наиболее вероятным выглядело предположение, что на сей раз климат изменяется под влиянием изменений в составе атмосферы. В частности, именно в этот период резко повысилось содержание в ней углекислого газа (CO2) и ряда других газов, способных поглощать инфракрасное излучение, исходящее от Земли, самой атмосферы и облаков, впоследствии вновь излучая его во все стороны, в том числе обратно на Землю. Этот эффект, получивший название «парникового эффекта» (тот же самый процесс происходит в обычных огородных парниках и теплицах), способствует удержанию тепла в системе «земля–атмосфера».

Парниковый эффект — одна из основ климата планеты, именно он делает возможным существование жизни на Земле (рис. 1 на вкладке), но его неожиданно резкое усиление нарушает установившийся глобальный «энергетический баланс» (рис. 2 на вкладке). Приспособление климатической системы к новым условиям проявляется, прежде всего, в глобальном потеплении поверхности Земли и нижних слоёв атмосферы. Это наиболее простой способ для климата избавиться от излишков энергии. Однако физически невозможно, чтобы климатическая система испытала потепление, не изменив при этом облачного покрова, количества водных испарений, снежного и ледяного покрова и т.п. Повышения среднемировой температуры на доли градуса достаточно, чтобы резко увеличить количество стихийных бедствий: ураганов, наводнений, проливных дождей в одних местах и засух в других. Более значительное повышение может привести к таянию льдов на полюсах и повышению уровня Мирового океана с катастрофическими последствиями для всех прибрежных зон. В общем, есть чего опасаться.

К 1988 г. опасения достигли такого уровня, что экологической программой ООН (ЮНЕП) и Всемирной метеорологической организацией (ВМО, это также одна из организаций ООН) была создана Межправительственная группа экспертов по проблеме изменения климата — МГЭИК (англоязычная аббревиатура — IPCC). МГЭИК объединяет сотни специалистов в разных областях, работающих по всему миру, в том числе, разумеется, и российских. С этого времени МГЭИК является самым компетентным и авторитетным источником информации по вопросам климатических изменений, именно на её сведения опираются при принятии решений в этой области международные органы и большинство правительств.

За время своего существования МГЭИК трижды подготавливала и публиковала большие оценочные доклады, всесторонне освещающие проблему на достигнутом к данному моменту уровне научных знаний: в 1990, 1995 и 2001 гг. Доклады представляют собой пакеты из нескольких документов, подготовленных отдельными рабочими группами и прошедших процедуры обсуждения и согласования. Каждый последующий доклад в чём-то дополняет и развивает предыдущий. Общее направление выводов остаётся неизменным, но наука идёт вперёд, и выводы звучат всё более и более уверенно.

Развитие научных знаний о климате осуществляется по нескольким направлениям. Во-первых, с течением времени накапливается всё больший массив информации о состоянии атмосферы и климата, таким образом, повышается возможность для статистических обобщений. Во-вторых, повышение интереса к проблемам климата стимулировало значительный рост числа исследований, посвящённых климату и его изменениям в прошлом. Их можно оценить по составу ископаемых льдов, распространению живых существ и тому подобным косвенным свидетельствам.

Наконец, важным инструментом современной климатологии являются математические модели климата. Климат, тем более всей планеты, — очень сложное явление, зависящее от многих факторов, и хотя любая модель может воспроизвести его только приблизительно, однако точность модели тем выше, чем больше число учитываемых факторов и чем лучше понимание климатообразующих процессов. За последние десять лет математические модели климата были значительно усовершенствованы. Учтены такие факторы, как вулканическая деятельность, изменения облачного покрова, отражающие свойства снега и льда, изменения солнечной активности, воздушные и морские течения, в частности, знаменитый и загадочный процесс «Эль-Ниньо».

Кое-что о парниковых газах

Основными парниковыми газами в атмосфере Земли являются: водяной пар (Н2О), двуокись углерода (СО2), закись азота (N2O), метан (СН4) и озон (О3).

Образование водяных паров от человека зависит мало, а озон — особая статья. Это газ короткоживущий, он быстро разлагается. В отличие от остальных веществ концентрация озона в разных частях атмосферы не равномерна. В нижних слоях атмосферы озон образуется под действием выхлопных газов, выбрасываемых автотранспортом и другими источниками. Здесь его концентрация быстро изменяется в зависимости от уровня выбросов. Помимо тропосферы, озон присутствует в стратосфере, где образует защитный озоновый слой, разрушительное воздействие на который оказывают многие из синтетических парниковых газов. По всем этим причинам озон не включается в международные документы, в которых речь идёт о парниковых газах. Однако включение озона, как и водяного пара, в математические модели климатических процессов позволило сделать их более точными и полнее отражающими антропогенное воздействие.

Некоторые газы, отсутствующие в природе, появляются в атмосфере только в результате деятельности человека. Из них предметами международных договорённостей стали гексафторид серы (SF6), гидрофторуглероды (ГФУ) и перфторуглероды (ПФУ).

В последние годы этим промышленным фторсодержащим газам уделяется всё больше и больше внимания. Такое внимание вполне оправдано. Хотя доля этих газов в общих выбросах составляет всего около 2%, их потенциал глобального потепления — показатель, показывающий насколько газы активны с точки зрения вклада в усиленный парниковый эффект, — превышает данный показатель для углекислого газа в сотни, а иногда в десятки тысяч раз. При этом за последние несколько лет выбросы этих долгоживущих газов в атмосферу возросли на 24%. Это объясняется тем, что образование этих газов связано преимущественно с производством электроники, алюминия, растворителей. (ГФУ, кроме того, используются в современных холодильниках в качестве хладагентов, в значительной степени заменив использовавшиеся ранее для этой цели хлорфторуглеводороды, которые выводятся из употребления согласно Монреальскому протоколу о веществах, разрушающих озоновый слой.) Вклад этих промышленных газов в усиление парникового эффекта, вместе с закисью азота (с начала индустриальной эпохи уровень N2O повысился на 16% за счёт более интенсивных форм ведения сельского хозяйства — использование удобрений и т.д.) и озоном, составляет около 20%.

Ещё 20% усиленного парникового эффекта приписывается метану, который примерно в 20 раз сильнее CO2 по парниковому эффекту. Более половины поступлений его в атмосферу имеют сегодня антропогенный характер. Основным источником этого газа является сельское хозяйство, в особенности поливные рисовые поля и животноводство; играют роль также утечки при добыче природного газа и образование на свалках. Метан сохраняется в атмосфере около 12 лет, удаление его происходит в результате химических реакций.

Самый важный из парниковых газов — углекислый. Это самый слабый газ по относительному воздействию на климат (именно поэтому эффект всех остальных парниковых газов измеряется относительно CO2), зато сильнейший по абсолютному. Он обеспечивает более 60% усиленного парникового эффекта, а в перспективе, по прогнозам, и до 75%.

За последние 250 лет, то есть начиная с промышленной революции (1750 г.), концентрация CO2 в атмосфере поднялась более чем на 30%, причём больше половины этого роста приходится на последние 50 лет. Исследования воздуха, содержащегося в пробах древнего льда, показали, что такой высокой концентрации углекислого газа не было в атмосфере как минимум последние 420 тыс. лет, а некоторые исследования планктона позволяют предположить, что и последние 20 млн лет. И неудивительно: ведь за год человечеством выбрасывается в воздух более 23 млн т углекислого газа, что составляет почти 1% от его общего содержания в атмосфере, и выбросы продолжают расти (рис. 3 на вкладке).

Существует и обратный процесс — связывание углекислого газа и удаление его таким образом из атмосферы. В первую очередь этот процесс осуществляют растения, особенно деревья. До начала промышленной революции процессы выделения и поглощения углекислого газа уравновешивали в природе друг друга, составляя так называемый «углеродный цикл». Сокращение человеком площади лесов — ещё одна из причин повышения уровня углекислоты в атмосфере.

Не обуздав рост содержания в атмосфере CO2, не обуздать и всемирного потепления. Поэтому проблема парникового эффекта рассматривается в первую очередь именно как проблема углекислого газа. Иногда говорится и просто об углероде: 1 т углерода содержится в 3,67 т CO2. Источник углекислого газа — сжигание ископаемых видов топлива: нефти и нефтепродуктов, угля, природного газа, а также древесины. Таким путём образовалось около 75% CO2, прибавившегося в атмосфере за последние 20 лет, остальные 25% прибавления — результат вырубки лесов (рис. 4 на вкладке).

Углекислый газ — естественный и неизбежный результат сгорания ископаемого топлива (как известно, горение — окислительный процесс, в ходе которого сгорающее вещество соединяется с кислородом, а все ископаемые виды топлива состоят в значительной степени из углерода). Его нельзя вычистить из продуктов сгорания никаким фильтром. Единственный способ уменьшить количество его выбросов — это меньше сжигать. А на сжигании ископаемого топлива построена сегодня, в сущности, вся наша жизнь. Именно поэтому современную экономику нередко именуют «углеродной экономикой».

Таким образом, решить вопрос с климатом невозможно, не изменив в значительной степени энергетических основ современной цивилизации. Именно поэтому неохотнее всего на действия по предотвращению климатических изменений соглашаются те, кому выгодна современная энергетическая система. В первую очередь это организации, занимающиеся добычей и переработкой ископаемых энергоносителей, и политики тех стран, экономика которых наиболее зависима от энергоносителей, — экспортёров, таких как страны ОПЕК и Россия (а ранее Советский Союз), или импортёров, таких как США.

Последствия изменения климата: сегодня и завтра

Климатическая система должна «подстраиваться» под концентрацию парниковых газов с тем, чтобы сохранить глобальный энергетический баланс. Это значит, что климат изменяется и будет продолжать изменяться до тех пор, пока будет расти уровень парниковых газов.

Свидетельств глобального потепления накопилось уже так много, и перечислялись они столь часто, что здесь можно привести только самые основные и впечатляющие из них. В первую очередь это собственно само потепление — средние годовые температуры действительно растут (рис. 5 на вкладке). 1990-е гг. были самыми жаркими за весь период ведения регулярных метеорологических наблюдений (около 140 лет), а 2003-й — самым жарким за всю историю метеорологических наблюдений (с 1860 г.).

Наиболее сильным потепление было в средних и высоких широтах северного полушария, где из-за этого примерно на 10% уменьшился постоянный снежный покров. Время ледостава на озёрах и реках уменьшилось за столетие на 1-2 недели. Так, озеро Байкал замерзает на 11 дней позже и освобождается ото льда на 5 дней раньше, чем 100 лет назад.

Горные ледники в средних и высоких широтах с 1961 по 2000 г. сократились на 60%, причём темп таяния увеличивается в последние годы. В 2005 г. впервые за 11 тыс. лет растаяла снежно-ледяная шапка африканской горной вершины Килиманджаро (учёные предсказывали такой исход, однако по их прогнозам это должно было случиться лишь в 2020 г.). Ледники в Гималаях, которые после Южного и Северного полюсов являются основными запасами льда на планете и основным запасом питьевой воды для Азии, тают со скоростью от 10 до 15 м в год. Подобная скорость таяния приведёт к тому, что в регионе начнутся сильнейшие наводнения, а через несколько десятилетий население Китая, Индии и Непала начнет испытывать дефицит питьевой воды.

Сильнее всего глобальное потепление сказывается в Антарктиде. В среднем температура там растёт примерно в пять раз быстрее, чем в остальном мире (за 50 лет температура повысилась на 2,5 °С). Из-за этого происходит ускоренное таяние и разрушение массивных ледовых шельфов. Теряют и в площади, и в толщине также и арктические морские льды (рис. 6 на вкладке). Из-за таяния снега и льда уровень Мирового океана повысился на протяжении XX в. на 10-25 см (1-2 мм в год, а в последние 12 лет — на 3 мм). Верхний слой Мирового океана потеплел при этом во второй половине столетия на 0,5 °С.

Мировой океан — это огромная масса воды, и её температурные колебания особенно опасны, так как последствия их способны сохраняться десятилетия даже после прекращения воздействия. Потепление вызвало усиленное испарение воды, и количество водяного пара над многими регионами возрастало на несколько процентов в десятилетие. Это естественным образом привело к увеличению количества осадков, опять-таки в первую очередь в северном полушарии.

И здесь самое время перейти к одному из самых грозных и впечатляющих признаков всемирного потепления — катастрофам. Начиная с 1970-х гг. во всём мире заметно участились катастрофические погодные явления — ураганы, тайфуны, наводнения. По данным страховых компаний, ущерб от этих природных катастроф нарастает в последние десятилетия на 10% ежегодно (рис. 7 на вкладке).

1990-е гг., которые по иронии судьбы ООН провозгласила Международным десятилетием сокращения природных катастроф, в действительности оказались необычайно богаты на наводнения, штормы и лесные пожары. Если в 1950-х гг. имело место 20 стихийных бедствий, которые классифицировались как «крупные», а в 1970-х — 47, то в 1990-е гг. таких событий произошло 86, всего же катастрофических событий насчитывалось в это десятилетие порядка 650 ежегодно. Причём нарастание ощутимо даже в пределах одного десятилетия: 1999 г. «поставил рекорд» с числом в 750 катастроф, но тут же был побит двухтысячным годом, в который это число возросло ещё на сотню. Только в 1998-1999 гг. 120 тыс. человек погибло в катастрофах и миллионы лишились крова. Половина всех погибших приходится на бедствия, наиболее прямо и убедительно связанные с глобальным потеплением, — на наводнения. Наводнения также ответственны за 33% экономических потерь и 70% вынужденных переселенцев.

От наводнений не защищён ни один регион мира. Самые впечатляющие события этого рода происходят в Азии — скажем, наводнение в Бангладеш в 1998 г. затопило на несколько месяцев две трети страны. В том же году разлив Янцзы в Китае унёс 4 000 жизней и затопил 25 млн га посевных земель. Европейцы хорошо помнят «наводнение века» в августе 2002 г., когда общий ущерб для стран Центральной Восточной Европы составил более 20 млрд долл.* Помимо наводнений Европа уже который год страдает зимой от аномальных холодов, а летом и ранней осенью от аномальной жары. Так летом «знаменитого» 2003 г. необычная жара с длительной засухой явились причиной более 20 000 смертей и резкого снижения урожая зерновых.

Из-за глобального потепления растёт и разрушительная сила ураганов. За последние 30 лет она увеличилась на 50%. В 2005 г. было зарегистрировано рекордное количество тропических штормов — 27, из них 15 переросли в ураганы, обрушившиеся на Центральную Америку и побережье США. Их жертвами стали более 3 тыс. человек.

Как ни печально, однако всё это ещё не так страшно по сравнению с тем, что может нас ожидать в дальнейшем. В зависимости от того, каким путём пойдёт международная политика и развитие промышленности, климатические изменения на протяжении XXI в. могут быть разными, но они точно будут. Согласно последнему докладу МГЭИК (2001), глобальное повышение температуры к 2100 г. может составить от 1,4 до 5,8 °C. Это более сильное изменение, чем случалось за последние 100 тыс. лет. В результате произойдёт повышение уровня моря на высоту от 9 до 88 см. Прогнозируется значительное сокращение снежного покрова и морского льда, дальнейшее разрушение ледников, в том числе полярных.

Всё это приведёт к значительным сдвигам в природных биологических и физических системах. Первое означает ухудшение условий существования многих видов животных и растений, разрушение биоценозов, сокращение популяций и вымирание видов. Уже сейчас заметно и хорошо известно разрушительное влияние потепления на такие уязвимые сообщества, как коралловые атоллы и рифы, которым угрожает полное исчезновение. Под угрозой находятся также тропические и северные леса, полярные и альпийские экосистемы.

Ещё одна из опасностей, также проявляющаяся уже сегодня, — распространение эпидемических заболеваний в результате вызванных потеплением массовых миграций животных-переносчиков. Вирусный гепатит А, малярия, брюшной тиф, клещевой энцефалит, лихорадка денге, холера — вот лишь несколько заболеваний, частота которых значительно повысилась в последние годы в связи с изменениями климата.

Прогнозируется большой ущерб сельскому и лесному хозяйству, нехватка пресной воды в некоторых регионах и повышение уровня осадков в других, вынужденные миграции, разрушение построек на бывшей «вечной» мерзлоте. И, разумеется, всё больше стихийных бедствий, в особенности в прибрежных зонах. В первую очередь последствия испытают на себе беднейшие и социально незащищённые слои населения.

Мировой климат — большая, а поэтому достаточно устойчивая система. На то чтобы раскачать его до нынешнего шаткого положения, человечеству понадобилось триста лет, и даже если концентрация парниковых газов в атмосфере перестанет расти, на достижение нового равновесия уйдёт не меньше. Так что отчасти этих опасностей уже не избежать. Но можно избежать наихудшего: скачкообразных и необратимых изменений климата, которые, по всей вероятности, наступят после того, как потепление перешагнёт определённый порог. Дело в том, что в природе имеются значительные запасы парниковых газов, находящихся в связанном состоянии, которые могут, однако, высвободиться при существенном потеплении — растворённый в Мировом океане CO2, например, или особенно чувствительные запасы метана, находящегося в виде соединений с водой — метаногидратов, — в нетающих ледниках и вечной мерзлоте. При резком высвобождении этих запасов температура возрастёт скачкообразно и значительно, результатом чего может стать таяние большей части полярных льдов и мировая катастрофа, уступающая по масштабам разве что атомной войне.

Как это предотвратить?

Для того чтобы климат начал стабилизироваться, выброс парниковых газов человечеству необходимо сократить. «Новые» парниковые газы можно улавливать, или избавляться от них, находя им технологические замены (скажем, ГФУ используются в первую очередь в качестве хладагентов в морозильных устройствах, где им вполне реально найти замену). Выделение метана можно сокращать за счёт изменений в технологиях сельского хозяйства (использование новых кормовых смесей в животноводстве, переход с заливного возделывания риса на орошаемое и использование новых удобрений). Восстановление лесов поможет поглощению углекислого газа. Но всё это окажется бесполезным, если не произойдёт решительного сокращения выделяемого в воздух CO2. Для стабилизации его содержания в атмосфере на уровне хотя бы 450 частей на миллион (это примерно на 23% выше, чем сегодня) необходимо, чтобы выбросы снизились в конечном счёте на 70-80% по сравнению с современным уровнем.

Достигнуть этого можно двумя основными способами. Самый быстрый и развитый на сегодняшний день — это повышение эффективности использования энергии. Разве не разумно вместо того, чтобы производить всё больше тепла, электричества и механической энергии, сжигая всё больше ископаемого топлива, лучше использовать то, что уже имеется? Уже имеются технологии, позволяющие как повысить КПД электростанций, так и снизить расход энергии на единицу продукции в производстве, строительстве и транспортировке.

На первых порах важную роль должен сыграть переход с угля и нефти в качестве источника энергии на природный газ, при сжигании которого CO2 при том же количестве природной энергии выделяется в десятки раз меньше.

Другая стратегия — переход на такие источники энергии, которые вообще не образуют углекислого газа. Это возобновимые источники энергии, в первую очередь ветер и солнце. (Атомная энергетика также не производит заметных количеств углекислого газа, однако её использование сопряжено с другими опасностями для людей и среды*.) На сегодняшний день эти направления альтернативной энергетики переживают бурное развитие, являясь самым быстрорастущим её сектором, однако всё ещё дают лишь незначительную часть производимой в мире энергии.

Кроме того, необходимо перепроектировать огромный парк наших автомобилей с тем, чтобы они использовали другие виды горючего. Важное значение может иметь технология топливных элементов, работающих на водороде. Эта технология, в частности, позволяет совсем отказаться от двигателей внутреннего сгорания, вносящих очень значительный вклад в производство CO2 — 24%, причём этот процент быстро растёт, на 2,5% в год.

Согласно оценке всё тех же специалистов МГЭИК, только за счёт использования имеющихся сегодня технологий уже к 2010 г. можно достигнуть значительного сокращения выбросов, а к 2020 г. — ещё большего, причём достичь этого можно практически без ущерба для экономики в целом. Но для этого необходимы крупные изменения в политике практически всех государств, устранение существующих сегодня барьеров на пути развития «безуглеродной» энергетики. Проблема заключается в том, что для разных частей и субъектов экономики выгоды и потери окажутся очень разными, и наибольшие потери могут понести именно те сектора, которые сегодня наиболее сильны и богаты, — в первую очередь нефтяная и нефтеперерабатывающая, а также угольная промышленность; многим другим, в частности, автомобилестроению, да и промышленности в целом, предстоит значительно перестроиться.

И, что наиболее важно, мы должны изменить наши жизненные установки и быть готовыми жить так, чтобы обеспечить благополучие всех государств с одновременным обеспечением охраны климата, на благо нашего будущего климата.

Вкладыш можно посмотреть здесь (1 сторона, 2 сторона)

Литература

1. Dunn S. Reading the Weathervane: climate policy from Rio to Johannesburg (WorldWatch Paper 160). WorldWatch Institute, 2002. 101 p.
2. Соловей Ю.В., Ханыков А.В. Киото на пороге России: основы системы правового регулирования выбросов парниковых газов в Российской Федерации. М.: ИГ «Юрист», 2003. 320 с.
3. Ayres R. How Economists Have Misjudged Global Warming // World Watch. 2001. № 5. P. 12–25.
4. Россия: экономический рост и Киотский протокол / М. Грабб и др. М.: Всемирный фонд дикой природы (WWF), 2004. 50 с.
5. 3-й Оценочный доклад Межправительственной группы экспертов по изменению климата (МГЭИК), 2001 (http://www.ipcc.ch/).
6. Компиляция и обобщение национальных сообщений Сторон, входящих в Приложение I. РКИК ООН, 2003.
7. Изменение климата: Комплект информационных карточек по изменению климата. ЮНЕП РКИКООН, 2003. 62 с.
8. Abramovitz J. Unnatural Disasters (WorldWatch Paper 158). WorldWatch Institute, 2001. 62 p.
9. Новая угроза: Потепление климата — угроза роста инфекционных и паразитарных заболеваний в России / Б.А. Ревич и др. М.: Всемирный фонд дикой природы (WWF). 20 c.
10. Киотский протокол: ответственность и перспективы для бизнеса. М.: Всемирный фонд дикой природы (WWF), 2004. 36 с.
11. Ларин В., Мнацаканян Р., Честин И., Шварц Е.. Охрана природы России: от Горбачёва до Путина. М.: КМК, 2003. 416 с.
12. Климат изменяется… М.: Защита природы (США), Центр экологической политики России, 2003.
13. Информационный дайджест Центр теоретического анализа экологических проблем Московского независимого эколого-политологического университета «Ноосферогенез», 2005-2006 гг. (www.mnepu.ru).

***

Климатическая конвенция и Киотский протокол

В 1990 г. был обнародован первый доклад МГЭИК, а в 1992-м на исторической Конференции ООН по окружающей среде в Рио-де-Жанейро была подписана Рамочная конвенция ООН по изменению климата (РКИК), ставшая первым международным соглашением в этой области и вступившая в силу в марте 1994 г. Подписавшие её государства (на сегодняшний день это уже почти весь земной шар) обязуются стремиться к понижению уровня парниковых газов в атмосфере до «уровня, позволяющего избежать опасного антропогенного влияния на глобальный климат». Это был очень важный шаг, заложивший основу для всех дальнейших переговоров и соглашений в области климата и установивший несколько важных принципов, в соответствии с которыми в дальнейшем и шло развитие международного климатического законодательства.

Во-первых, в конвенции прямо сказано, что научная неопределённость не может служить основанием для отказа от принятия мер предосторожности (таким образом, это один из первых международных документов, воплощающих знаменитый «принцип предосторожности»). Во-вторых, был установлен принцип «общей, но дифференцированной ответственности». Иными словами, охрана климата — дело всех стран, которое может быть сделано только вместе, но наибольший вклад должны внести те, кто больше «постарался» в создании сегодняшней ситуации.

В 1995 г. МГЭИК выпустила второй доклад, содержавший ещё более уверенные и неблагоприятные выводы, чем первый. Это способствовало созданию первого международного документа, согласно которому ратифицировавшие его страны принимают на себя конкретные обязательства по сокращению выбросов парниковых газов. Им стал знаменитый Киотский протокол, принятый на Третьей конференции сторон РКИК в декабре 1997 г. в г. Киото (Япония).

В Протоколе заложены экономические механизмы международной кооперации, основанные на том, что климатические эффекты не зависят от места выброса парниковых газов. Эти механизмы получили название «механизмов гибкости Киотского протокола» (здесь имеется в виду гибкость в выборе места и средств). «Механизмы гибкости» позволяют странам превышать отпущенные им нормы, если они способствуют общему сокращению парниковых газов другими способами. Самый известный из них — торговля квотами: если одна из стран сократит свои выбросы значительнее, чем это предусмотрено для неё протоколом, то она может передать право на «недобранные» выбросы другой стране, за деньги или иначе, по договорённости.

Однако более важны два других механизма: «проекты совместного осуществления» и «механизм чистого развития». Оба эти механизма предусматривают международное сотрудничество. Одна из стран инвестирует в тот или иной проект на территории другой страны, связанный с сокращением выбросов или усилением поглощения парниковых газов. В случае если сотрудничают две страны, имеющие обязательства по протоколу (это развитые страны и страны с переходной экономикой), это именуется «проектом совместного осуществления» и зачитывается обеим сторонам в виде условных единиц. Если же проект выполняется на территории страны, не имеющей собственных обязательств (обычно это одна из развивающихся стран), то он именуется проектом «чистого развития» и засчитывается только стране-инвестору.

Значение Киотского протокола трудно преувеличить. Противники протокола ссылаются на то, что его реализация приведёт лишь к незначительному снижению роста выбросов (от 0,5 до 2% по разным подсчётам). Однако это будет реальное снижение и достигнутое впервые в истории, до сих пор темпы выбросов только росли. Нужно, конечно, отдавать себе отчёт, что Киотский протокол — далеко не решение проблем климата, это лишь первый шаг на пути к решению.